«Главное — люби жизнь больше, чем смысл её»

Ф. М. Достоевский

Среди писателей своей эпохи своей Федор Михайлович Достоевский выделялся особой способностью отражать противоречия реального мира через художественные образы и философскую мысль. В своём творчестве он выступал как летописец судеб «униженных и оскорбленных», обличал жестокость власти денег и с глубоким состраданием изображал тех, кто становился жертвой буржуазной эксплуатации. Достоевский воспевал в своих произведениях демократизм, любовь  народа-труженика.

Отличительной чертой содержания произведений Достоевского прежде всего являются борьба с мраком, утверждение веры в лучшую жизнь. Созданные им яркие образы героев являются уникальными. В них отражена самобытность их создателя, в важных аспектах той эпохи.  По мнению Фридлендерга Г.М., для Достоевского «на центральное место в русской жизни выдвинулся не вопрос о том или другом отношении к крепостному праву, а вопрос об отношении к новым, капиталистическим тенденциям русской общественной жизни, определившемся после 1861 года».  [5;11]

Ф.Достоевский через свои произведения «исследовал сложную природу человеческой души и сущность личности». В своей «записной тетради» хорошо знакомое каждому, кто занимается исследованием его произведений он отмечал: «Меня зовут психологом: и это неправда, я лишь реалист в высшем смысле, то есть изображаю все глубины души человеческой». [1; 65]

 Оценивания это произведение мы задаемся вопросом, который мучает человечество на протяжении много веков, в котором  реальный мир его художественных образов основаны на реальности, где духовный мир героев подаётся через восприятие героев через самого автора. К. Тюнькина, говоря о творчестве Достоевского, подчёркивает, что:   «Самые главные, самые трудные непосильные вопросы поднимает он в своем творчестве, самыми беспокойными и беспокоящими мыслями пронизывает каждое свое произведение…[6; 5-6] Не было, пожалуй, не только в русской, но и в мировой литературе писателя, который столь обнаженно лично, с такой душевной болью воспринимал бы социальные и нравственные конфликты современности в масштабах истории, мира, где он  переживал и осознавал свои, казалось бы, глубоко личную трагедию, радость, случайные встречи.  Бесспорно, время, в котором жил и творил Достоевский было предельно насыщено борьбой старых и новых социальных сил, которое открывало духовные и нравственные бездны, еще неизвестные предшествующим поколениям, [6; 5-6]

И действительно, книга Ф. М. Достоевского, это то произведение, которое до сих пор будоражит сердца читателей. Казалось бы, весьма знаменательным, что не абстракция, а деятельная сила, определяющая судьбы людей и направляющая развитие общества была и остаётся для Достоевского главной мотивирующей, философской идеей жизнь простых людей и дворян того времени. Она непременно и выступает   главной героиней его творчества.  Характерной чертой, характеризующей творчество писателя исследовавшие его произведения получило такую философскую интерпретацию, с которой никак нельзя не согласиться с рядом исследователей его творчества: «Для Достоевского в изображении первичное значение имеет не конкретный жизненный материал, а изложение какой-нибудь идеи или совокупности идей. Другими словами: романы он пишет не для того, чтобы изобразить внешние явления жизни, а для того, чтобы конкретизировать какие-нибудь идеи или теории. Самое отражение действительности у него имеет как бы второстепенное значение, оно подчинено „изображению" идей... [3, 138-140]  Казалось, что в романах Достоевского социальная тематика и критика того  общества, в которой он жил и творил, являются преимущественно лишь оболочкой, а важна не эта ли оболочка, а то, что она прикрывает изнутри — его безумные философские и психологические идеи, также не столько социальные, сколько морально-философские по своему содержанию». [3, 138-139]

Не даром, в свое время А. Прус говорил, что его знаменитый роман, который считается «одним из лучших его произведений в современной литературе привлёкший огромное внимание не только современников, но и последователей», «Братья Карамазовы» являются одной из самых наиболее глубоких, философско-психологическим произведением мировой литературы, который поистине и является вершиной творчества писателя-реалиста, психолога и критика. [4;488].

Вечные жизненные вопросы волнующие всё человечество на протяжении многих веков, которые поднимает автор в своем романе, это вопросы: природы добра и зла, счастье без страданий, вере и безверии, свободе и ответственности, правде и реальности.  Так, в одном из своих общеизвестных писем И. Н. Крамской, говоря о Достоевском подчёркивал, что «…роман ещё только печатался, а некоторые эмоционально отзывчивые, тонкие читатели уже утверждали, что «последний роман Достоевского… – идеальное произведение»… [2, 60-61] «После «Карамазовых» (и во время чтения) несколько раз я с ужасом оглядывался кругом и удивлялся, что все идет по-старому, а что мир не перевернулся на своей оси. Казалось: как после семейного совета Карамазовых у старца Зосимы, после «Великого инквизитора» есть люди, обирающие ближнего, есть политика, открыто исповедующая лицемерие, есть архиереи, спокойно полагающие, что дело Христа своим чередом, а практика жизни своим: словом, это нечто до такой степени пророческое, огненное, апокалипсическое, что казалось невозможным оставаться на том месте, где мы были вчера, носить те чувства, которыми мы питались, думать о чем-нибудь, кроме страшного дня судного…». [2, 60-61]

 Актуальным является и то, что, придавая выразительность произведению, автор как - бы использует в своем романе несколько литературных техник. Хотя, общеизвестно, что действие романа происходит в России XIX века, наблюдательный читатель встречает в нём много современных элементов.  Перечитывая внимательно роман, читателю становится весьма странно и очевидно, что повествование ведётся как-бы от третьего лица.  Бесспорно, Все персонажи отличаются друг от друга своим особым стилем говорения, так как это, в свою очередь, активизирует своеобразность и нестандартность созданных им образов. Отражение предыдущих персонажей произведений Достоевского также наблюдается и в героях романа. Сопоставляя сегодня, спустя несколько столетий, незримо образы героев Достоевского, можно отметить, что среди женских персонажей романа, несущих в себе символику народного страдания, отчаяния и искупления, у Грушеньки у которой можно найти черты, схожие с чертами Дуни, сестры Родиона Раскольникова. Имя Ивана Фёдоровича, одного из братьев Карамазовых, встречается и в романе «Идиот»: в описании генерала Епанчина [4;488].

По идейному содержанию, по художественной структуре «Братья Карамазовы» является наиболее сложным среди прежних романов автора. В нем в ярких красках изображена эпоха реформ «голодной и зяблой, нищей России», выведена галерея многогранных и разнохарактерных образов, отображена лента драматических событий, в которых автор, описывая семью Карамазовых, обращает внимание читателя на то, что нужно преобразовывать обыкновенную жизнь вокруг себя. Согласно художественному замыслу самого автора, мир может изменить только духовное очищение, происходящее лишь через страдания, через душевную боль, созданную в образе Мити Карамазова, замечая в нем большие возможности для самореализации [4;488].

Достоевский в «Братьях Карамазовых» выступает не только как философ, но и как мудрец, исполненный жизнелюбия, как тонкий знаток народной культуры сумевший поставить перед своими современниками ряд социальных и духовных вопросов, проанализировав важные жизненные проблемы, стоявшие перед обществом того времени.  Анализируя произведение, мы сталкиваемся с тем, что писатель, изображая события и явления в данном произведении, стремится ответить на подобные вопросы, тем самым подчёркивая возможность оздоровления общества, в котором Достоевский излагает семейный трагический раздор, который закончился отцеубийством, тем самым достигшим изображение русского быта, русского общества того времени, мрачную картину пореформенной действительности.

 Проводя анализ главного героя романа, Федора Павловича Карамазова, отца 3-х детей: Дмитрия, Ивана и Алеши, где Дмитрий, сын от первого брака, Иван и Алексей от второго. Кроме того, у него есть внебрачный сын: Павел Смердяков, слуга в доме Карамазовых.  Сам же, Федор Карамазов был потомственным дворянином, и предки его были помещиками.

Что первым «цепляет» читателя в этом романе- ну конечно же образ Мити Карамазова. Как указано было выше в романе повествование ведется от третьего лица. Повествователь изображает Фёдора Павловича как «злого, местами жестокого, распущенного и склонного к пьянству человека. Однако при этом подчёркивается его способность к глубоким эмоциональным переживаниям и внутренней рефлексии: «духовный страх и нравственное сотрясение, почти, так сказать, даже физически отзывавшееся в душе его». Подобная двойственность в характеристике героя свидетельствует о его духовной раздвоенности, которая способствует формированию в нём устойчивого неприятия Бога и утраты веры [1;65].

Образ самого героя, Фёдора Карамазова — человека эгоистичного, развратного и лишённого нравственных принципов — становится символом «карамазовщины», той мрачной стороны человеческой природы, где господствуют обман, ложь и насилие. Элементы «карамазовщины» в разных формах можно увидеть в характерах Фёдора, Ивана и Смердякова. Ненависть сыновей к отцу, выражая распад патриархальных устоев и разрушение семейных связей, приобретает жестокий, бесчеловечный оттенок.

Мысли Ивана Карамазова часто сводятся к фразе: «Если Бога нет, всё позволено…». В определённой степени эта мысль соотносится с философскими поисками самого Достоевского. Однако между писателем и его персонажем существует принципиальное различие. Сам Достоевский в юности проходил через атеизм, но пришёл к вере, тогда как Иван не верит в бессмертие души и мучается от этого. В противоположность ему Алёша Карамазов твёрдо убеждён в существовании Бога и бессмертии души, что определяет его жизненный выбор: «Хочу жить для бессмертия, а половинного компромисса не принимаю». Аналогичные религиозно-философские интуиции прослеживаются и в мировоззрении Дмитрия Карамазова. Он чувствует борьбу добра и зла в человеческом сердце: «Тут дьявол с Богом борется, а поле битвы — сердца людей». Однако и Дмитрию не чужды сомнения — каждый из братьев проходит свой путь духовных исканий.

 Обращаясь к образу Фёдора Павловича Карамазова в романе как олицетворением духовной деградации и утраты нравственных ориентиров, автор изображает главу семейства как человека, полностью погружённого в материальные интересы и чувственные удовольствия. В отношениях с окружающими он проявляет надменность и неуважение, а также утрачивает связь с традициями семьи и рода. Такое отношение подчёркивает не только нравственное падение персонажа, но и разрушение самой основы патриархального уклада, на котором зиждилась русская семья [1;65].

Отстранённость Фёдора Павловича от воспоминаний, его равнодушие к событиям, связанным с браком, рождением и воспитанием детей, демонстрируют сознательное вытеснение моральных и эмоциональных аспектов жизни. Для героя характерна внутренняя раздвоенность, выражающаяся в сочетании безнравственности с попытками сохранить видимость веры. Неоднозначность и противоречивость его мировоззрения являются не случайной чертой характера, а имеют осознанную авторскую выразительность.  Достоевский исследует феномен духовного оскудения личности в мире, утратившем веру. Показательна в этом отношении реплика героя: «Я шут коренной, с рождения, все равно, ваше преподобие, что юродивый; не спорю, что и дух нечистый, может, во мне заключается, небольшого, впрочем, калибра <…> Но зато я верую, в Бога верую. Я только в последнее время усумнился…»[1;65].

Признание в «нечистоте духа» при одновременном утверждении собственной веры в Бога раскрывает внутреннюю конфликтность персонажа. Вера Фёдора Павловича поверхностна и не способна стать опорой его жизни, что превращает её в элемент самообмана. Эта книга переворачивает восприятие мира Достоевского через его героев во всём. Настолько тяжело и больно понять и читать, это произведение, а порой и травматично. Но она определённо полезна. Книга катарсис, книга индикатор.

Таким образом, Фёдор Павлович Карамазов воплощает тип героя, утратившего духовное начало и утратившего способность к подлинной вере. Через этот образ Достоевский раскрывает тему религиозно-нравственного кризиса человека XIX века и показывает разрушительные последствия замены духовных ценностей материальными.

Однако значение Фёдора Павловича в структуре романа не исчерпывается личной деградацией. Он является не только родоначальником семейства, но и непосредственной причиной разрушительного конфликта между сыновьями. Братья Карамазовы вынуждены самоопределяться по отношению к отцу, а их духовные искания становятся реакцией на его безнравственность. Центральная проблема «отцов и детей» у Достоевского достигает предельного, трагического выражения — темы отцеубийства. В этом аспекте писатель выходит за пределы традиции, сложившейся в русской и западноевропейской литературе.

Старик Карамазов — не просто отрицательный персонаж, но философский центр конфликта, из которого вырастает духовная драма его сыновей, воплощающих различные пути человеческого искания истины, веры и смысла.

Таким образом, Фёдор Павлович олицетворяет тип личности, утратившей духовное содержание, что позволяет Достоевскому исследовать последствия нравственной деградации человека в контексте семьи и общества.

Сравнивая Фёдора Павловича с литературными предшественниками — королём Лиром, Глостером, графом фон Моором, отцом Горио, необходимо отметить, что   их объединяет человеческое достоинство и полнота образа, о чём Гамлет говорит: «Он человек был в полном смысле слова». Фёдор Павлович же противопоставлен этим образам: по определению сына-соперника, он — «развратный сладострастник и подлейший комедиант», что подтверждается всем ходом повествования. Его личность разрушает семейные и нравственные связи, выступая катализатором духовной драмы сыновей. Почему «Братья Карамазовы» до сих пор считается  главной книгой Достоевского? Почему Достоевский  главным вопросом романа считает: место человека в мире без Бога?

Для сына Дмитрия и читателя поведение отца становится шокирующим, задавая вопрос: «Зачем живёт такой человек?» Атрофированное отцовское чувство, гипертрофированная похоть и животное начало — центральные элементы характера Фёдора Павловича, через которые Достоевский исследует разрушение личности и нравственные последствия «карамазовщины». Эстетическое безобразие как характеристика Фёдора Павловича находит непосредственное выражение во внешнем облике персонажа. Его физическая неприглядность неотделима от внутреннего разложения, тем самым становясь визуальным эквивалентом моральной деградации героя. Дмитрий, обладающий интуитивным чувством нравственной меры, улавливает это несоответствие между человеческим обликом и духовной сутью, отмечая: «…мне не нравилась его наружность, что-то бесчестное, похвальба и попирание всякой святыни, насмешка и безверие, гадко, гадко» [1;67]. В этих словах отражается эстетико-этический принцип Достоевского: внешность героя выступает не просто описательным элементом, но символом его внутреннего мира, в котором духовное уродство проявляется в телесной форме. Таким образом, физиогномика Фёдора Павловича становится художественным инструментом раскрытия его нравственной сущности, где безобразие внешнего напрямую коррелирует с безобразием духовным.

Характер его поведения особенно ярко проявляется в сцене, связанной со смертью первой жены: «Фёдор Павлович, находясь в состоянии опьянения, узнал о кончине супруги; по одним свидетельствам, он выбежал на улицу и, воздев руки к небу, с ликованием воскликнул: “Ныне отпущаеши”, по другим же — рыдал навзрыд, как ребёнок, вызывая сочувствие даже у тех, кто испытывал к нему глубокое отвращение». Теоретически правдоподобны оба описания, однако по мере чтения романа и наблюдения за всё более усиливающимся внутренним распадом и нравственным характером старика Карамазова читатель невольно склоняется к первой версии.

Сущность его «шутовства» наиболее полно раскрывается в эпизоде встречи со старцем Зосимой. Здесь Фёдор Павлович вновь прибегает к кощунству и издевательству, профанируя всё, что составляет священное для его собеседника. В потоке его словесных эксцессов проскальзывает и невольное самораскрытие: «Я был у дворян приживальщиком и приживанием хлеб добывал. Я шут коренной, с рождения, все равно, ваше преподобие, что юродивый; не спорю, что и дух нечистый, может, во мне заключается, небольшого, впрочем, калибра, поважнее-то другую бы квартиру выбрал». Это признание старика Карамазова заслуживает особого внимания, ибо в нём обозначается внутренняя природа его «шутовства» — смесь самоуничижения, сознательной маскировки и демонического пародирования духовных категорий.

 Уместен вопрос, задаваемый читателями на протяжении столетий, почему Карамазовы как исследование наследственности, веры и свободы остаются для современного читателя эталоном современности? В «карамазовской семье» место любви к ближнему занимает обращение к суду, а родственные связи подменяются экономическими расчётами [1;69]. В художественном пространстве романа утрачено само «Отцовское начало» — не только в его физическом измерении (актом отцеубийства), но и в метафизическом: исчезает любовь Отца как духовный принцип, соединяющий и одухотворяющий человеческое существование [1;67].  Почему Карамазовы до сих пор остаются в сердцах читателя   как исследование наследственности, веры и свободы той «нищей и бесправной России?  В чём же кроется неосуществленный замысел автора: вторая часть романа и судьба Алеши.  И анализируя роман пытаешься понять, что три брата Карамазовых как три ипостаси самого Достоевского [3;61].  

 Как подчёркивает Смердяков, «Братья Карамазовы» — книга, изменившая жизнь, которая «в художественной системе романа предстает как олицетворение дьявольского начала, испытывающего духовную прочность человека, его способность к всечеловеческому единению — иначе говоря, к вхождению в подлинные отношения духовного родства. По воле самих людей он становится орудием устранения Отца — высшего начала, придавая материальное воплощение греху, уже поселившемуся в душах братьев Мити и Ивана, а также других персонажей» [1;67].

Характерно замечание Лизы, обращённое к Алёше: все, мол, радуются тому, что Митя убил отца, — и Алёша, не возражая, признаёт справедливость её слов. Эта реплика метко обозначает нравственное разложение мира романа, в котором даже чувство любви оказывается искажённым. Любовные связи героев строятся на ложных основаниях: к семейным раздорам из-за «спорных денег» примешивается «нелепое и уродливое» соперничество отца и сына за обладание Грушенькой [2;77].

Переход Мити от Катерины Ивановны к Грушеньке, на первый взгляд лишь сюжетный, в действительности носит символический характер. Он выражает противопоставление двух типов брака: ложного, искажённого в своей духовной сущности, и подлинного, рождающегося из прощения и очищающей веры.  Образ Катерины, кто она? Катерина Ивановна — ложная невеста, не способная «подать луковку», то есть проявить милосердие и веру в невиновность Мити; напротив, Грушенька — истинная, поверившая слову любимого: «не я убил». Именно она в решающий момент поддерживает героя духовно, «поддерживает душу» его.  Кем же является в романе Митя Карамазов ?  «Великий инквизитор» — пророчество о морали XX века и влияние на Ницше.  Почему Достоевский создавая образы юродивых: Федора Павловича, капитана Снегирева, Лизаветы Смердящей.  Кто он, Дмитрий Карамазова для которых путь их жизненного пути, это чувства и страсти. Иван Карамазов — это путь разума и бунта. Алексей Карамазов: путь веры и русский космизм. Полифонический роман: почему все идеи у Достоевского равноправны. Кошмар Ивана Карамазова: диалог с чертом как диалог с самим собой. Сила финала: речь Алеши у камня о спасительной силе детских воспоминаний. Почему роман стоит читать, несмотря на сложность. «Братья Карамазовы» как итог жизни и творчества Достоевского. Как роман помогает понять себя[4;147].

 Проанализировав роман «Братья Карамазовы», где идея нравственности и духовности не просто вершина русской классики, но произведение, побуждающее к размышлению, внутреннему спору и духовному поиску. Достоевский с присущей ему смелостью ставит перед читателем предельно сложные, «предельные» вопросы человеческого бытия — о вере, свободе, любви и ответственности, а также о заключении его подлинного величия. Почти полтора века прошло после его создания, но он остаётся актуальным, продолжая плодотворно влиять на сознание человечества.  Проанализировав роман, невольно перед читателем стоит вопрос, кто он - писатель, философ, психолог?  Конечно, же, Ф.М. Достоевский является  - инженером душ человеческих. Настолько описывает внутренние переживания персонажей, что аж в пот прошибает порой. Действительно, после Карамазовых что-то читать не хочется, говорят о нём современники [5;87].

В эпоху, когда человечество вновь сталкивается с нравственными испытаниями и утратой духовных ориентиров, роман звучит особенно современно, напоминая нам слова писателя: «Главное — люби жизнь больше, чем смысл её» [1;96].